2014-02-27

Нэнси Бильо «Крест и корона»


Сейчас мы живём в мире,

в котором ты можешь быть убит лишь за то,

 что не похож на всех остальных.

Сьюзен И. «Мир После»


С самых первых страниц попадаешь в Англию времен Кромвеля и Анны Болейн. Можете себе представить обстановочку: чуть, что и ты на костре или на виселице, «шаг вправо, шаг влево – расстрел». Да, время тогда и, правда, было смутное, и никто не мог быть уверен в сохранности своей жизни.
Главная героиня Джоанна Стаффорд – послушница в Доминиканском монастыре и не подозревает, чем ей грозит самовольный уход из сей достойной обители. Девушкой движут самые лучшие побуждения, но, как известно, «благими намерениями вымощена дорога…» сами знаете куда. Вот и Джоанна оказывается в обстановке, когда нужно быть всегда настороже, не болтать лишнего, и рассчитывать только на саму себя.
Девушке задали нелегкую задаче – найти то, не знаю что, а самое главное непонятно, существует ли этот предмет на самом деле или нет. Поиски приводят послушницу к открытиям: странным, грустным, порой ошеломительным.
А тем временем в монастыре происходит убийство знатного лорда, которое влечет за собой целый шлейф событий: расследование, проверку монастыря, странное поведение сестер. Джоанне помимо своей задачи приходится разбираться и в этом тоже.
На хрупкие плечи девушки ложится груз, тяжесть которого заключается в трудном выборе: собственное счастье или судьба королевства. Понятно, что этот выбор дается ей с большим трудом.
В аннотации написано, что по стилю книга похожа на «Код да Винчи» Дэна Брауна. Да есть сходство, но только в отгадывании тайны и в тематике, а так это женская проза.
Действительно качественно написанный роман с детективной ноткой.
P.S. Плюсом ко всему выше написанному – неплохой перевод.



2014-02-25

Игорь Можейко «Западный ветер - ясная погода»


В море трупы, трупы в воде,
В горах трупы, трупы в полях.
Я умру за императора,
Я никогда не обернусь назад.
(Японская военная песня)


Вначале Гитлер отреагировал весьма раздраженно на акцию союзнической Японии у Перл-Харбора. Но успехи японских войск в Азии были очень внушительны, а потери англичан и американцев очень велики. В итоге германское военное руководство сочло их достаточной компенсацией за отказ Японии напасть на основного противника Германии – Советский Союз.
Но кто бы мог тогда подумать, что в течение считанных месяцев в 1941 – 1942 гг. рухнет целый мир – утверждавшаяся веками система колониальных владений. Европейцам больше так и не удастся вернуться в Юго-Восточную Азию в качестве «всемогущего белого господина». И это одна из причин относительно малой освещенности в западной историографии военных событий на Тихом океане.
У нас тоже утвердилось мнение, что военные события в Юго-Восточной Азии носили второстепенный характер. Главное – это противостояние СССР и Германии на Восточном фронте. Тем не менее, военные события на других фронтах могут оцениваться совсем по-разному. Если для нас знаковым словом является Сталинград, то для англичан – Эль-Аламейн. Они поставят на первое место события в Северной Африке, когда был побежден Эрвин Роммель по прозвищу «Лиса пустыни». Можно ли англичан переубедить, настояв на нашей правоте? Вряд ли. Кстати говоря, китайский историк, приняв во внимание масштабы и жестокость войны с Японией и подсчитав число жертв, понесенных Китаем за восемь лет сражений, назовёт Китайский фронт – первостепенным во Второй мировой войне. Но не будем спорить по этому поводу.
Книга Игоря Можейко наконец-то дает всесторонний анализ военных событий в Юго-Восточной Азии. Это второе, дополненное издание.
Свою позицию автор поясняет во «Введении»: «Я с первых строк старался писать так, чтобы эту книгу мог прочесть любой человек, который интересуется военной историей и историей Востока. Если читателю покажется скучно, то в том нет моей вины – я полагал, что сам материал книги настолько драматичен и экспрессивен, что лучше не вмешиваться в ход событий, а фиксировать его, читатель сам разберется».
Книга «Западный ветер - ясная погода» для тех, кто любит объективные исторические исследования.


2014-02-24

Эрика Бауэрмайстер «Школа основных ингредиентов»


Я верю, что самое главное на свете — это быть счастливым! Счастье. Невзыскательное, как бокал шоколада, или непростое, как сердце. Горькое. Сладкое. Настоящее.
        Джоанн Харрис «Шоколад»


Бывают книги, которые читаешь как бы отстраненно, скользя по поверхности, а есть такие, в которые погружаешься с головой. «Школа основных ингредиентов» - это, безусловно, второй вариант. 
Уже ближе к полуночи я вынырнула на поверхность из прекрасной истории, наполненной вкусными запахами, красивыми блюдами, интересными героями. Создалось ощущение, что я сама была участником этих кулинарных уроков, которые устроила у себя в ресторанчике главная героиня. Эта женщина, странным образом чувствующая настроение других, во время своих уроков старается найти ключик к каждому своему ученику.
А у учеников проблем выше головы. У одного недавно умерла жена, и он не знает, как с этим жить. Семейная пара переживает не самые лучшие времена, хотя вместе уже столько лет, сколько некоторые и не живут. Молоденькая девчушка неуклюжа до безобразия, абсолютно подавлена своим другом. У матери двоих малышей пропал интерес к жизни и к своему мужу. В общем, поработать есть над чем.
И начинается медленный, но верный процесс оздоровления души не при помощи медикаментов, психиатров и других психотехник, а с помощью вкусно приготовленных пасты, индейки, равиолей, с помощью трепетно испеченного воздушного торта.
И постепенно каждому из учеников удается ощутить аромат самой жизни, который они давно потеряли или забыли. Уверенность в себе, забытая любовь, ощущение собственной неповторимости, радость от встречи – все это дарит им приготовление пищи и общение друг с другом.
«Так не бывает…», - подумалось мне, но когда последняя страница была перевернута, почему-то осталось стойкая уверенность, что бывает. И почему-то захотелось приготовить что-нибудь своим домашним. А вдруг, как в книге, у кого-то из них что-нибудь изменится к лучшему?
Присмотритесь к этой книге, за обложкой скрывается вкус самой жизни!


2014-02-21

Мужчинам посвящается...

Что же читают мужчины?



На этот вопрос ответить сложно. Скептики скажут, что они не читают совсем, некоторые в силу своей занятости, некоторые в силу своей ленивости. Но мужчины читают, только делают это незаметно, словно стесняются своего увлечения.  Чаще конечно наблюдаешь молодых людей в проглядывании журналов, или учебников по специальности.  Но иногда видишь, и сердце радуется,мужчину в автобусе с планшетом или телефоном, заглядываешь через плечо и вместе с ним успеваешь прочесть несколько страниц из Лукьяненко или Перумова. В нашем городе это редкость, а вот в Москве или Питере такие встречаются все чаще.
Так вот для тех мужчин, кто не считает чтение пустой тратой своего драгоценного времени мы предлагаем небольшой список написанных нами рецензий, которые могли бы быть интересны.


А.Снегирев "Нефтяная Венера"

Макс Роуд "Холлисток и беглецы из ада"

Тонино Бенаквиста "Три красных квадрата на черном фоне"

Татьяна Соломантина "Папа"

Леонид Кудрявцев "Пуля для контролера"

Курт Воннегут "Сейчас вылетит птичка"

Алексей Пехов "Ловцы удачи"

Дмитрий Глуховский "Сумерки"

Стивен Фрай "Гиппопотам"

Ю Несбё «Снеговик»

Роман Сенчин "Елтышевы"

Михаил Елизаров "Бураттини. Фашизм прошел"

Дэниел Киз «Цветы для Элджернона»

Питер Мейл «Приключение на миллион»

Юрий Бурносов "Анабиоз: Новая Сибирь"

Ежи Тумановский "Анабиоз: Город страшных снов"

Сергей Лукьяненко "Спектр"

Питер Гринуэй "Золото"

Андрей Мягков "Скрипка Страдивари, или Возвращение Сивого Мерина"

Иэн Макьюэн "Мечтатель"

Олег Дивов «Консультант по дурацким вопросам»

Павел Сутин "Девять дней"

Архимандрит Тихон "Несвятые Святые" и другие рассказы"

Ян Джекмен «Доктор Хаус: официальный гид по сериалу»

Михаил Елизаров «Мы вышли покурить на 17 лет…»

Вячеслав Шпаковский «История рыцарского вооружения»

 Эрик-Эмманюэль Шмитт «Два господина из Брюсселя»

Михаил Задорнов "Князь Рюрик"

Николай Якубович «Чкалов: взлет и падение великого пилота»

 Пол Джонсон "Черчилль"

 Лоран Гунель "Господь Бог всегда путешествует инкогнито"

 Надежда Попова «Конгрегация. Ловец человеков»

 Януш Леон Вишневский "Зачем нужны мужчины?"

 Михаил Нисенбаум «Почта св. Валентина»

 Андрей Ломачинский "Рассказы судмедэксперта"

 Евгений Гришковец "Письма к Андрею"

 Бэн Элтон «Два брата»

Евгений Водолазкин «Лавр. Неисторический роман»

 Почитаем???

2014-02-20

Бэн Элтон «Два брата»


Ложь и секреты всегда подобны раку в душе. Они поглощают всё хорошее и оставляют только разрушения после себя.
Кассандра Клэр. Адские механизмы II: Механический принц


 «Два брата» - роман, который поднимает самую страшную тему времен правления Гитлера, тему чистоты крови, тему евреев. Я не люблю такие вещи, но приманку в виде аннотации проглотила, а затем за 2 дня «проглотила» и сам роман. И поняла, что мало что знаю про жизнь в Германии в то время. Нам всегда рассказывали о том, как жилось в 30-40 годы у нас в России, а здесь показана жизнь в предвоенной Германии.
Обычная семейная пара, правда, еврейская, ждет прибавления в семействе. Отец надеется, что родятся мальчик и девочка (в семье ожидается двойня), но мать уверена, что это будут мальчики. И мальчики рождаются, только один из них умирает.
Судьба – хитрая бестия. В это же самое время появляется на свет мальчик у матери-немки, которая от него отказывается. Малыша забирают к себе родители умершего мальчика. Пауль и Отто, не зная того, оказываются поставлены по разные стороны баррикад.
Так начинается история жизни, история любви, история дружбы и история смерти.
Германия того времени становится полноправным героем книги. Все, что происходит в стране, непосредственно затрагивает семейство Штенгелей. Страну разрывают на части, постоянно что-то происходит: то демонстрация, то кризис, то аресты.
Иногда вся обстановка напоминает «пир во время чумы»: в клубах играют джаз, пьют, гуляют, развлекаются. А на улицах грязь, нехватка продовольствия, страх.
И это еще к власти не пришел Гитлер.
После его прихода становится страшно: евреи вне закона, идут аресты, проверки. Многих убивают, над многими издеваются.
На фоне всего этого растут мальчишки: ходят в школу, общаются с друзьями, влюбляются в одну и ту же девочку. Но они не подозревают, что скоро все изменится.
А меняется все кардинально: жизнь делит всех на евреев и не евреев. В семье Штенгелей этот раздел проходит между братьями. Сначала из-за девушки, а потом из-за национальности.
Жизнь ставит Отто и Пауля по разные стороны, но они до конца остаются верны сами себе и друг другу. И только в самом конце книги нам открывается вся правда, которая оказывается настолько обескураживающей, очень простой и от этого очень страшной.
Это потрясающая по своей откровенности и глубине книга, которая рассказывает нам о жизни Германии изнутри, поскольку автор признается в послесловии, что книга биографична во многом.
Очень рекомендую! (Но не для слабонервных).

2014-02-18

Александр Прасол «От Эдо до Токио и обратно. Культура, быт и нравы Японии эпохи Токугава»


И осенью хочется жить

Этой бабочке: пьет торопливо

С хризантемы росу.



            Сказать, что понравилось – не сказать ничего! Целую неделю вечерами я сидела в обнимку с книжкой, пребывая в состоянии «не кантовать – не взбалтывать», а наутро взахлеб делилась с окружающими подробностями древней далекой жизни.
                Это случилось лет двадцать назад. Теоретически я знала, что есть Япония, что живут там японцы и страна эта граничит с нашей необъятной державой  и имеет с ней трения по территориальному вопросу. А потом, в фотоальбоме, посвященном Японии, я увидела заснеженную Нару и всё... Это была любовь с первого взгляда. С тех пор посещение древней столицы - моя многолетняя идея-фикс, организмом владеет нежное томление по Стране восходящего солнца, а читать о Японии стараюсь все, что попадается на глаза. Безобидный такой заскок.
                Откровенно хороших книг не так уж и много, и в этом смысле данное издание стало просто подарком. Интереснейшие факты при простоте изложения – и я потеряна для мира. Благодаря этой книге стало намного понятнее «откуда растут ноги» у многих явлений и элементов японской жизни, что вызывают у нас недоумение, неприятие или восхищение.
            Что такое 265 лет при тысячелетиях истории? Немного, конечно. Но за этот период военные так выдрессировали  жителей, что во многом благодаря их усердию и  выковался знаменитый японский характер.
            Но первое, безусловно, это природа, которая всегда была сурова к островитянам. Вулканы и море за околицей – тот опасный тандем, что диктует весьма жёсткие правила. Знаете, когда без конца и края трясёт, или накрывает чудовищной волной, то уверенность в завтрашнем дне исчезает как понятие, и снисходит на тебя то  самое буддийское спокойствие и принятие собственной судьбы.  А если прибавить к нерадостным природно-погодным условиям бесчисленные пожары, где гибнет все, что нажито непосильным трудом, то за материальные блага цепляться тоже не будешь. «Все свое ношу с собой» - это про японцев того времени.
            Коллективизм также ясен. Когда выгорало полгорода (а то и целый), крышу над головой жители возводили за день. Все вместе. Коллектив помогал просто выжить. А то, что позволяет выжить, из генетической памяти не вышибить. Стихии и сейчас преподносят сюрпризы, но японцы (такие молодцы!) справляются с этим на зависть, с присущим им смирением и терпением.
            Что касается продолжительности и качества жизни того времени, то формула «Жить будем плохо, но недолго» характеризует период очень точно. Где японцы жили, что ели-пили, как осуществляли гигиенические  и разные другие потребности – информация в книге на этот счет весьма занимательна. Особенно впечатлил безотходный жизненный цикл ВСЕГО.
Например, сварила хозяйка овощи на завтрак, с оставшимся бульоном штаны мужу простирнула, а потом этим раствором огород полила. А что? Химозы никакой не было, сплошь органика, и все цвело и колосилось. Утилизация тогда достигала таких высот, до каких современный мир уже никогда не дотянется.
            Простолюдины всегда жили тяжело, но потехе тоже час был положен.  Развлекались, как умели. Тут вам и покажется фундамент, на котором построены  ритуалы знаменитых японских любований то магнолией, то осенним листиком. Когда живешь в комнате размером с обувную коробку, да еще и без окон, без света, без телефона-интернета, хочется на воздух, цикад слушать. А если удельный князь, или другой добрый человек, феерверк замутит, то тут и будет тебе счастье. Хоть какая-то видимость свободы.
            А со свободой действительно было не ахти. Регламентировалось ВСЁ, ведь парадом жизни командовали военные. У них просто: на всё должны быть правила и уставы. На каждый случай жизни. И несоблюдение влечет за собой самые тяжелые последствия.
            Но как бы руководство страны не насаждало закон, и сколь бы жестоким он не был, все равно жулики и другие криминальные таланты не переводились. Появилась потребность  в профессиональных силах правопорядка.  Классификация и функции «японских городовых» приводятся в книге довольно подробно, в эту главу можно заглянуть и будущим нашим законникам, необязательно, но так, любопытства ради.  Ведь преступление и наказание токугавского периода имело ряд любопытных особенностей. Так, например, признание обвиняемым своей вины  было вопросом принципа, без этого приговор вынести невозможно. Никак невозможно, без него все улики и доказательства насмарку.  А одним из видов наказания был «выговор». Виновника стыдили, а тот переживал и каялся. Вообще всякое преступление считалось плевком во власть, подрывом ее авторитета, а военная элита свой авторитет слишком ценила.
            Ну, сёгуны – это вообще отдельная статья, они, собственно, всю кашу и заварили. Нет, император, конечно, присутствовал. И, надо сказать, с момента своего появления династия была, есть и (вероятно) будет всего одна. Здесь впору удавиться от зависти европейским монархам. Но Сын Неба носил чисто декоративную, представительскую так сказать, функцию. А реальная власть была сосредоточена в руках военного диктатора.
            Сегуны, как все люди, имели свои достоинства и недостатки. Кто-то из них был мудрым правителем, кто-то свирепым, кто-то никаким. Одни дотянули до старости, другие умерли молодыми. Они формировали правительства, с министрами, замминистрами и прочей администрацией. Они пытались решать проблемы страны, и решали их с разной степенью успеха.
Их жизнь также подчинялась определенным правилам,  распорядку и регламенту. Что, когда и с кем – все было определено и почти узаконено.
            Но сегуны во время своего  правления успели и  порезвиться кто во что горазд. Перегибы случались  ой-ой-ой! Некоторые указы и законы очень травмировали несчастных жителей, но ослушаться было никак нельзя, ведь карательные органы всегда бодры и бестрепетны.
            Отдельная глава посвящена женщинам. «Женский вопрос» затрагивался, конечно, на протяжении всей книги. И надо сказать, что японки  жили худо. Не ценили их совсем, хоть «караул» кричи. «Курица – не птица, баба – не человек», считалось тогда, и девчонок давили прямо в колыбели.  В стране, где безостановочно воюют и подвергаются воздействиям природных катаклизмов, с пренебрежением относится к женщине, мягко говоря, неразумно. Кто же будет заниматься воспроизводством населения? Скольких за год сможет оплодотворить мужчина, а скольких родить женщина?
            Как обычно спохватились тогда, когда некому стало рожать и тех, кто воюет, и тех, кто кормит тех, кто воюет. Когда напряженка с женским полом достигла катастрофических размеров. И в то время стали нарасхват красотки «веселых кварталов», но автор не делает акцента на «клубничной» теме, зато щедро обрисовывает положение придворных дам.
            О, этот закрытый мир женской половины замка Эдо! Он был тайной и будоражил воображение. А ведь все намного прозаичнее. Там, как и везде, царила дисциплина, жесткая иерархия и сложная организация жизни. Дамы делали служебную карьеру: кто в делах, кто в любви.  В книге рассказано о  внутренней придворной жизни сиятельных дам: штатное расписание, распорядок дня, кадровые гаремные перестановки, контакты с внешним миром. Надо заметить, что содержание «бабьего царства» влетало казне в копеечку и госсоветники периодически пытались урезать красавицам бюджет, сократить штаты, уволить служащих. И эта борьба шла с переменным успехом.
                        Вот я и проскользнула по книге, дав  лишь набросок того, о чем можно из нее узнать. Действительно интереснейшая эпоха. Вся страна жила по расписанию, чётким правилам, ритуалам и инструкциям. Тотальная дисциплина и тотальный контроль. Мы жили похоже, но у нас совершенно другой характер. И все-таки, японцы – удивительный народ! Поразительно, как они умудрились свести с ума весь мир своими: кухней, техникой, боевыми искусствами, аниме, Фудзиямой и цветущей сакурой. Они умеют собираться в непростой период,  умеют довольствоваться малым, умеют видеть красоту в неприметном. Я не знаю, хорошо ли им в своем мире, но всей душой желаю, чтоб было хорошо.
           
           
Такую книгу желается домой, в безраздельное пользование, потому что точно знаешь, что захочешь еще и еще раз в нее заглянуть, что-то вспомнить, что-то уточнить. Она, конечно, пробьёт брешь в бюджете, потому что, как ни крути, а зарплата у библиотекарей забавная. Я не беру во внимание столичные города (без обид!), но по родной стране у нашей сестры «если деньги мерить кучками, то здесь  – ямка». Что бы ни утверждали наши же дорогие (во всех смыслах) сёгуны. Но купить, наверно, стоит. Ведь это – не минутное удовольствие. Так что сердечное Вам аригато, уважаемый автор! За очень достойную книгу.    

2014-02-17

Ура! Снова работает раздел "ВСЕ РЕЦЕНЗИИ"

Дорогие гости нашего блога! 


У меня для Вас хорошая новость! Снова работает раздел "ВСЕ РЕЦЕНЗИИ", которы был временно заблокирован.
Вы снова можете посмотреть интересующие Вас разделы, нажав на кнопку "ВСЕ рецензии".
Мы надеемся, что теперь поиск по блогу станет для вас удобным!

Татьяна Устименко трилогия «Звезда Блентайра» («Звезда моей души», «Звезда моей судьбы», «Звезда моей души»)


Наш мир состоит из множества не пригнанных друг к другу шестеренок. И дело здесь не в механизмах, а в Часовщике. Не хватает Часовщика.
Антуан де Сент-Экзюпери «Военный лётчик»

 А я на досуге спасала мир. Ну, не в прямом смысле конечно, а в книге. Спасала я его вместе с Йоной, героиней истории о Блентайре.
Вот что бы ни говорили про фэнтези, как бы ни ругали этот жанр за сказочность, а именно здесь автору дается уникальная возможность придумать свой мир, отличный от нашего, населить его жителями, некоторые из которых могут только в самом страшном сне присниться, да еще сначала этот мир поставить на «колени», а потом его с этих «колен» поднять.
Вот именно этим я и занималась, ну вернее я читала, а спасением своего мира занималась Йохана, а я переживала – получится или нет, потому что уж очень хлипкой поначалу показалась спасительница мира: худенькая, тоненькая, увечная (с горбом на спине) сиротка. И ведь хватило у автора фантазии такую придумать.

Да и спутники девчушке достались тоже интересные: девушка - вампир (в книге это лайил – так раса называется) и юноша-оборотень (ниуэ в мире Лаганахар).
Сначала думала рассказать о каждой книге в отдельности, а их всего три. Но затем поняла, что это одна история, которую нельзя рассказывать по частям.
Итак, жил-был мир Лаганахар. И в нем жили эльфы, люди, лайил (я так понимаю, вампиры), ниуэ ( оборотни) и много еще кого. Главными в мире поначалу были эльфы. Они правили миром, строили города, самым красивым из которых был Блентайр. И все бы ничего, но людям это встало поперек горла, миром-то тоже поправить хочется.
И была война. Война, в которой люди победили. Эльфам пришлось бежать. Но ничего не проходит бесследно. И теперь Блентайр погибает из-за наступления на город Пустоши, которая уничтожает все живое.
И в мире есть пророчество, в котором говорится о том, что придет Наследница, которая спасет этот мир от гибели.
И вот пророчество начинает исполняться.

Герои постоянно попадают в переделки. Но в конце – концов сказка имеет счастливый конец.
Можно пересказывать книгу, но мне этого не хочется. Спасать мир по пересказу неинтересно.
Хочется только добавить, что меня всегда потрясают стихотворения, которые автор помещает в свои книги. Это маленькие шедевры, от которых сжимается сердце и хочется плакать.
Вот пара таких «шедевров»:








***
Мы все намучились сполна,
Уже уплачена вся вира,
Давно закончилась война,
А мир устало просит мира…
Мы заплатили за грехи
Раскаяньем, вином и житом,
От прежних благ — одни стихи,
Глоток в бокале недопитом.
Мы научились красть и врать,
Из злата сделали кумира,
Слегла на поле наша рать,
А мир устало просит мира…
Мы позабыли слово «честь»
И не храним заветы рода,
Умеем только спать да есть,
А ценим труса и урода.
Мы разучились песни петь,
Умолкла душ святая лира,
Нам не дано опять взлететь,
А мир устало просит мира…
Мы из детей растим зверей,
У нас с любовью стало худо,
Не чтим забытых алтарей
И не надеемся на чудо.
Года вершат лихой забег,
У них на все своя сатира,
Куда идешь ты, человек?
Познал ли ты законы мира?
Ты нынче стал хитер и слаб,
Не ищешь многого в едином,
Согласен ты на кличку Раб,
А раньше звался Господином.
Остановись, подумай сам,
Что жизнь, как линия пунктира,
Возносит душу к небесам
И в мир несет частичку мира…



***
Видно, так пожелали боги,
Чьи сердца холодны, как камень,
Разделили судьбы дороги
Белый Лед и багровый Пламень.
Проложив между ними время,
Их разбили на две частицы.
Им не скинуть разлуки бремя.
Не приблизить друг к другу лица.
Кто Богов призовет к ответу?
Кто наложит на них повинность?
Бродят Пламень и Лед по свету,
Проклиная свою невинность.
Он — студеней ночного мрака,
В горький лед превращает воду,
Овдовевший до мига брака
И в любви не нашедший броду.
А она, вся пылая страстно,
Словно щепки сердца сжигала
И сгорела дотла напрасно
В буйной пляске ночного бала.
Им бы радугой яркой слиться
Да снежинок зажечь созвездье,
Только снова богам не спится
И готовят они возмездье.
За любовь, что разрушил Пламень,
За тоску, что со Льдом осталась,
Доля тяжкая, будто камень,
Тем влюбленным навек досталась.
Осудили их злые боги
И предали сердечной муке,
Не сольются в одну дороги,
И придется им жить в разлуке.
Наши души по чьей-то воле
Беспрестанно по миру бродят,
Ищут в счастье себя и в горе,
Ищут всюду — и не находят.
Но надеюсь, любви обеты
Раздробят тот холодный камень,
Чтобы встретились снова где-то —
Белый Лед и багровый Пламень.

Кто еще не знаком с творчеством Татьяны Устименко, советую ознакомиться. А тем, кто уже читал что-то из книг этого автора, желаю приятного чтения.
Вы не найдете в ее книгах «высокой прозы», каких-то изысков. А найдете приключения, путешествия и любовь…
Для девушек, любящих красивые истории…

2014-02-13

Генрих Бёмер «История ордена иезуитов»


[Дикой Борису:] «Я с тобой и говорить-то не хочу, с езуитом. Вот навязался!»
(А.Н. Островский. Гроза)
                                                                   

Я неслучайно вынес в качестве эпиграфа реплику из пьесы, на первый взгляд, не относящуюся к содержанию представляемой книги. Но для нас слово «иезуит» стало ругательным. Это так. А каковы были иезуиты на самом деле?
На этот вопрос даёт ответ Генрих Бёмер (1869 – 1927) – профессор Боннского, Марбургского и Лейпцигского университетов.
Приведу два факта, которые меня поразили. Первый – государство иезуитов в Парагвае. Коммунистические общины, управляемые двумя-тремя отцами-иезуитами. Всё, в чем нуждается индеец, он находит в изобилии в магазинах. Воскресенье и многочисленные праздники – дни безусловного отдыха. И богослужение, и работу всегда сопровождает музыка. Смертная казнь неизвестна в этой стране… Не подобные ли мечты обуревали строителей коммунизма в СССР? Не построили ли рай на земле иезуиты? Или это был чисто внешний массовый успех? Ведь индеец остался дикарем в культурном плане, воспринимался не как воспитанный человек, а как выдрессированное животное. «Тешатся масштабами. Веруют в размеры. / Разуются милостям, долдонят в барабан… / Это – нянчит отпрысков великая химера, / Это – их баюкает стальной Левиафан» (Даниил Андреев. Русские боги).
Второй факт. Мораль иезуитов. Игра в слова. Есть заповедь «Не убий». Но, с точки зрения иезуита, не всякий, кто убивает человека, преступает эту заповедь. Есть заповедь «Не прелюбодействуй». Но иезуитская мораль может составить целое руководство для неверных жен. Ложь и лицемерие в квадрате. Перед другим человеком и перед Богом.
Как же всё это сочетается? Ложь и просвещение. Человеколюбие и насилие. Торговля и бескорыстие. Как сложить все эти разрозненные пазлы, чтобы явилась цельная картина? Может быть, всё дело в основателе Общества Иисуса – испанском рыцаре, не всегда склонном к благочестию, но вдруг предавшемся аскезе?.. Если вы раскроете книгу Генриха Бёмера, то на первых же её страницах сможете познакомиться с Игнатием Лайолой во всей красе.
Книга Генриха Бёмера не оставит равнодушными всех, кто интересуется историей христианской церкви.